Украинская патриотка из Донецка, которую жестоко пытали боевики "ДНР", написала книгу

«Дневник создавался автором с мая 2014 года как способ не сойти с ума и переосмыслить происходящее в стране», — написала дончанка Анна Гузь в предисловии к своей книге «Дневник дончанки/гуцулки», презентованной в Киеве в «Доме свободных людей». Пишут "Факты".

В 2013 году Анна была одной из тех, кто поддержал Майдан в Киеве и стал активным участником Евромайдана в Донецке. Как и многие жители Донбасса, она была вынуждена уехать с оккупированных территорий. «Вернетесь — расстреляем», — «любезно» сказали Анне Гузь в Макеевке, когда она выходила из здания, где ее пытали в течение шести дней.

«Ты свой украинский флаг жрать будешь!»

Активистка донецкого Евромайдана Анна Гузь теперь живет в Киеве. Донецк она покинула, чтобы спастись. В мае 2014 года, приехав в родной город буквально на пару дней, Анна попала «на подвал» — так местные жители называют пребывание в заложниках у оккупантов.

— Конечно, ехать в Донецк на день рождения дочери, которая все еще оставалась там с бабушкой, было безумием, — вспоминает 32-летняя Анна Гузь. — Но домой мне нужно было и по многим другим причинам (со своим мужем Максимом, с которым Анна познакомилась на Евромайдане в Донецке, она к тому времени рассталась — в родной город ехала в том числе и за тем, чтобы оформить развод. — Авт.). Я втайне надеялась, что после «референдума», который прошел в Донецке 11 мая 2014 года, «победителям» будет не до нас. Но, как выяснилось, все только начиналось…

За ходом «референдума» она следила по Интернету из Киева, где в то время была на курсах по безопасности для гражданских активистов. Курсантам, конечно, говорили, что ехать на оккупированные территории участникам Майдана опасно.

— Как и многие земляки, я надеялась, что в Донецке вот-вот все закончится, — говорит Анна. — Как уже закончилось к тому времени в Мариуполе, а затем в Славянске, Краматорске, Лимане. Ехала, надеясь дождаться прихода нашей армии. Такая надежда была у всех. В худшем случае думала быстро управиться с делами и «проскочить» туда-обратно за несколько дней. А затем все же вернуться в освобожденный родной город.

Утром 27 мая Анна и ее друг, с которым она приехала в Донецк, проснулись от громкого стука в дверь. Через несколько минут «дээнэровцы» уже рыскали по квартире, сгребая в сумки все ценное: ноутбук, камеру, мобильные телефоны, кредитки и листовки «За единую Украину». Со словами: «Вы что, не знаете, что украинские флаги запрещены на территории «ДНР»?" — автоматчики содрали со стены украинский флаг. Им Анне обмотали голову.

Анну и ее друга увезли в ОБОП (отдел по борьбе с организованной преступностью) в Макеевке. В здании уже тогда располагался один из «подвалов», в котором держали заложников. О шести днях, проведенных там, Анне не дают забыть шрамы, рубцы, сломанный палец.

«Убью! На куски порежу! Ты этот свой украинский флаг жрать будешь!» — орал один из палачей.

— Он размахивал ножом у меня перед лицом, бил по коленям наручниками, — говорит женщина. — Затем воткнул мне в колено нож и провернул. То же сделал с другой ногой. Боевик угрожал, что меня «пустят по кругу», выбегал, возвращался, и все начиналось сначала. Остальные четверо наблюдали за происходящим, как в театре. В «финале» он произнес: «Пора с тобой кончать, пригни голову», — и полоснул мне ножом по шее.

Окровавленную заложницу перетащили на первый этаж. Там вооруженные люди объяснили Ане: если она хочет жить, то должна во всем «сознаться» и выманить к ним других активистов и журналистов.

— Меня избивали в кровь, резали лицо и руки, затем звали медсестру, чтобы перевязать раны, — продолжает Анна. — Медсестра тайком сделала обезболивающий укол. Затем террористы отправили меня мыть полы. С окровавленными повязками на руках я мыла коридор, затем салон машины, в которой на базу привозили убитых «ополченцев»…

Командир, вернувшийся на «базу», взгрел подчиненных: «У вас что, мозгов нет? Она же на обмен идет! Что они подумают о том, как мы с пленными обращаемся?!» — и отвез Анну в больницу.


«В плену побывал мой отец, чуть не оказалась в заложниках родная сестра»

Анну и ее друга освободили в ходе обмена пленными. «Без вещей, на выход, — сказали ей на прощание в ОБОПе. — Извините за травмы, время военное… Счастливого пути. Вернетесь — расстреляем».

Только эти несколько слов о ее пребывании в плену и вошли в «Дневник дончанки/гуцулки», который Анна Гузь (творческий псевдоним Гуцулка) выпустила благодаря небольшому гранту. В «Дневнике» нет кровавых подробностей.

— Об этом будет моя следующая книга — «50 оттенков «косяков», — делится планами начинающая писательница.

Свидетельства Анны о ее пребывании в плену вошли в доклад Хью Уильямсона, директора Human Rights Watch. Сотрудники этой неправительственной правозащитной организации со штаб-квартирой в США документируют нарушения прав человека более чем в 70 странах мира.

В «Дневнике» — жизнь Анны после плена. Трудная жизнь после трудного выбора: «Мы проезжали в такси через весь Донецк, по его красивым и безлюдным улицам, под музыку «Океана Эльзы». «Я не сдамся без бою», — пел Святослав Вакарчук. А я рыдала… Отличный выбор: флаг, язык, культура моей Украины или — родной город. В страшном сне не придумаешь. Разве это не одно и то же?»

Анна признается, что члены ее семьи носят разные фамилии и прописаны в разных местах. Только благодаря этому им всем удалось спастись.

— В плену побывал мой отец, чуть не попала в заложники родная сестра, — говорит Анна Гузь. — В конце концов уехать пришлось всем — как «врагам народа» фейковой «республики».

Отец Анны до последнего держался за работу, которой отдал всю жизнь. Целый год жил, как в осаде: пробирался домой тайком от соседей, дома не включал ни свет, ни телевизор. Отдушиной для него были телефонные переговоры с семьей, которая к тому времени уже покинула Донецк, да виды родного города, которые он фотографировал на камеру мобильного телефона: фонтаны, первый снег, влюбленные, дети, голуби… Но это безобидное увлечение не понравилось «патрульным»: отец Анны исчез по пути с работы. Как выяснилось позже, его увезли «на подвал» прямо из центра города по «традиционному» обвинению: наводчик-корректировщик украинской армии. Хотя никаких «запрещенных» снимков в телефоне арестанта так и не нашли.

Разыскивать пропавшего отца отправилась младшая сестра Анны Женя, за которой тоже охотились как за участницей донецкого Евромайдана. Изменив внешность, Евгения въехала в Донецк, хотя и понимала, на какой риск идет. Она искала отца по больницам и моргам.

— В морге мне показали фото одного из убитых, — вспоминает сестра Анны Гузь Евгения. — Он так походил на нашего отца, что у меня чуть сердце не остановилось. Только глаза были другого цвета. А еще — татуировка на теле, которой у нашего папы нет.

Старалась оставаться незамеченной, но не вышло. Вскоре за мной пришли. Надеясь, что отец жив, я побывала в квартире родителей. Потом — в квартире Ани. Там и заночевала — оставаться на улице во время комендантского часа было опасно. Сидела в перерытой во время обыска комнате с орущими от голода нашими кошками, которых только что под обстрелом забрала из приюта. Сидела и тряслась, слыша, как пытаются высадить дверь квартиры. Мне повезло — дверь не поддалась.

Наутро Женя, забрав кошек, уехала, так ничего и не узнав о судьбе отца. К счастью, его вскоре отпустили.

— Встретив папу на вокзале в Киеве, я узнала, что из десяти дней плена восемь он просидел в… клетке! — дополняет рассказ сестры Анна. — В вольере, где прежние хозяева помещения в мирное время держали собак.

А еще отца Анны и Жени использовали как уборщика одного из «подвалов» на окраине Донецка. На прощание ему приказали написать заявление о том, что он… «претензий не имеет». «Документ» тут же… порвали, а фамилию в «журнале учета задержанных» жирно замалевали. Вскоре мужчина присоединился к своей семье. Живут трудно, перебиваясь случайными заработками. Но дороги домой пока нет.

— И я, и сестра, наверное, могли бы занять какие-нибудь посты в «республике», — рассуждает Женя, пришедшая поздравить Анну с выходом в свет ее первой книги. — В период оккупации Мариуполя мне звонил брат самозваного «мэра» этого города, приглашал на работу, говорил, что им не хватает людей с высшим образованием. Признался, что если «республика» в Мариуполе не укоренится, то им с братом будет туго: они взяли крупный кредит на развитие своего боксерского клуба и в случае возвращения в город украинской власти денежки банку придется отдавать.

Женя улыбается, но затем снова становится серьезной:

— Даже здесь, в сотнях километров от Донецка, не чувствую себя в безопасности. «Ответственный» за мою поимку в «МГБ» («министерстве госбезопасности». — Авт.) как-то звонил мне и вызывал встретиться на железнодорожном вокзале в… Киеве. Мой товарищ, инженер по коммуникациям, отследил звонок — он действительно был сделан из столицы. Это законопослушным жителям Донбасса тяжело пробраться через линии разграничения, а сепаратисты как-то умудряются обходить пограничный контроль.

«Дневник» Анны Гузь — это рассказ вынужденной переселенки, живущей с Донбассом в сердце. «Рассказываю товарищу, который остался в Донецке, про свой день. Говорю: «Под дождь попала, промокла». Он: «Хорошо, что не под «Град», — зачитывает автор строки из своей книги.

— Во время моего выступления в университете одна из студенток спросила: «Там люди под обстрелами на работу ездят? Прямо как у нас в Киеве было: утром — на работу, вечером — на Майдан», — делится Анна Гузь. — Надеюсь, мне удалось объяснить собеседнице, как это — жить и ходить на работу под артобстрелами, когда рушатся дома и гибнут люди. Жители захваченных территорий живут в постоянном страхе попасть «на подвал», где с пленником могут сделать все что угодно. Хочется, чтобы люди по всей Украине знали, как живется в оккупации их соотечественникам, и понимали, что мы, участники донецкого Евромайдана, делали все что могли. И делаем! Ведь треть бойцов добровольческих батальонов — это дончане и луганчане.

Анна планирует войти в инициативную группу по созданию общественной организации бывших заложников «Асоціація полонених».

дончанка плен книга патриотка ДНР
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Оцените первым
(0 оценок)
Пока еще никто не оценил
Пока никто не рекомендует
Авторизируйтесь ,
чтобы оценить и порекомендовать

Комментарии

Спорт
Директор департамента по эксплуатации «Шахтер-Сервис» Вадим Гунько рассказал о переезде команды на НСК «Олимпийский». Сообщает Террикон. - Не совсем будет корректно говорить, что «Шахтер» переезжает в Киев, потому что команда тренируется здесь с 2014 года. Здесь располагается наша тренировочная база. Правильно будет сказать, что «Шахтер» поменял дислокацию домашнего стадиона. Мы заключили контракт с НСК «Олимпийский» на три года. Буквально на днях приехал...
Общество
В Донецке с 1 октября организована работа автобусов в режиме маршрутного такси по городскому маршруту общего пользования № 56 «ДС «Крытый рынок» – пр. Ильича – ул. Черниговская». Об этом сообщает «городская администрация Донецка» Первые отправления: от ул. Черниговской – в 6.00, от ДС «Крытый рынок» – в 6.23. Последние отправления: от ул. Черниговской – в 19.15, от ДС «Крытый рынок» – в 20.00. Предусмотрены следующие интервалы движения автобусов по маршрут...
Общество
В среду, 30 сентября, прекратится подача воды в два района Донецка и в Моспино. Об этом сообщает «городская администрация Донецка». С 8:00 30 сентября до 8:00 1 октября в связи с проведением плановых ремонтных работ по подготовке к осенне-зимнему периоду будут остановлены водопроводный узел "6 Красная Звезда" и Моспинские РЧВ. Без холодного водоснабжения останутся: — Пролетарский район: весь; — Буденновский район: пгт. Ларино, пос. Тепличный, с. Павлоградс...
Криминал
В Донецкой области правоохранители разоблачили подделку документов и подписей для препятствования реализации избирательных прав на местных выборах. Полиция возбудила уголовное производство по части 1 статьи 358 Уголовного кодекса. Об этом сообщает пресс-служба Министерства внутренних дел Украины. Предварительно установлено, что в Волновахе представители одной из политических партий подделали подписи и документы нескольких человек из другой партии. Сейчас п...
Происшествия
В воскресенье, 27 сентября, в районе поселка Широкий загорелась на большом участке сухая трава. По свидетельству очевидцев, пожарным понадобилось несколько часов, чтобы ликвидировать возгорание. Напомним, ранее сообщалось, что 26 сентября, в Донецке загорелся террикон шахты «Лидиевка» в Кировском районе.
Общество
За воскресенье, 27 сентября, коронавирусную болезнь диагностировали еще в 48 жителей Донецкой области, в частности в двух детей и двух медработников. Об этом сообщает глава Донецкой ОВГА Павел Кириленко на своей странице в Фейсбук. «В частности, новые случаи зарегистрированы: - 19 в Мариуполе (2 ребенка);- по 9 в Краматорске и Торецкое;- 3 в Угледаре;- по 2 в Марьинском и Бахмутском районе;- по 1 в Бахмуте, Селидово, Лиманской ОТГ и Великоновоселковском ра...
Общество
В Украине зафиксировано 2671 новый случай коронавирусной болезни COVID-19. По данным Министерства охраны здоровья на 28 сентября (по состоянию на 9:00) в Украине 201 305 лабораторно подтвержденных случаев COVID-19, из них 3996 летальных, 88453 пациенты выздоровели. За сутки зафиксировано 2671 новый случай. Всего проведено 2226508 тестирования методом ПЦР. За сутки выздоровел 571 пациент. Сейчас коронавирусная болезнь обнаружена: Винницкая область - 5974 сл...
Происшествия
В воскресенье, 27 сентября, в 13:05 диспетчеру Службы спасения поступило сообщение о пожаре на территории города Краматорск, вблизи пгт Беленькое. К месту вызова были направлены силы и средства 12 государственного пожарно-спасательного отряда Главного управления, сообщает пресс-служба ГУ ГСЧС Украины в Донецкой области .По прибытию к месту пожара было установлено, что происходит горение лесной подстилки и сухой травы на открытой территории. После проведен...
Происшествия
За прошедшие сутки, 27 сентября, на участках ответственности украинских подразделений зафиксировано четыре нарушения режима прекращения огня со стороны вооруженных формирований Российской Федерации. Так, недалеко от населенного пункта Опытное противник вел огонь из гранатометов различных систем и крупнокалиберного пулемета. Кроме того, из стрелкового оружия агрессор провоцировал наших защитников неподалеку Шумов и дважды - вблизи населенного пункта Орехово...