Раненые под Славянском участники АТО рассказали, в каких жутких условиях воюет украинская армия

Журналисты проведали в госпитале раненых под Славянском бойцов ВДВ. Десантники недовольны отсутствием современной экипировки, хаотическим руководством АТО и переживают, что их могут лишить социальных гарантий.

Проникнуть на территорию военного госпиталя корреспондентам LB.ua оказалось несложно: человек на КПП только уточнил, не несем ли мы солдатам водку, спросил наши фамилии и вписал их в маленькие кусочки бумаги - пропуска. Никаких других проверок, в том числе документов, на режимном объекте не было.

Госпиталь находится в живописном лесу. Вековые сосны, пение птиц и деревянные фигурки медвежат на пеньках создают ощущение санатория, а не воинской части. В холле корпуса много вазонов с цветами, большая картина с горным пейзажем и медсестры на высоких каблуках – все условия для того, чтобы отдохнуть от войны. Заходим в палату, в ней две комнаты: спальня и гостиная с телевизором, чайником, холодильником и креслами. Здесь лечат методами нетрадиционной медицины молодых солдат, которые до недавнего времени служили на блокпосту между Славянском и Краматорском. Ребята просят не фотографировать, большинство также не согласны называть имена: те, кто в открытую общается с прессой, потом вынуждены писать объяснительные армейскому начальству.

Фото: Макс Левин

Вынужденные добровольцы

- Мой контракт закончился в начале апреля, но меня никто не уволил, - вздыхает Виталий, у которого дома в Житомире беременная жена. Говорит, по поводу продления службы ничего не подписывал. Оклад по контракту платили исправно – сколько заплатят теперь, неизвестно. Виталий получил контузию 13 мая, когда террористы напали из засады на автоколонну 95-й аэромобильной бригады под Краматорском.

Его соседа по палате Ивана мобилизовали еще 12 марта, он из 25-й воздушно-десантной бригады. В госпиталь попал, «заработав» из-за переохлаждения и перенагрузок 2 грыжи и смещение позвонков.

- С такими травмами не призывают даже в армию. Я врачей спрашиваю - нет, говорят, мы не можем комиссовать. Вот призвали, сделали калекой. Что мне дальше делать? Думаете, наше государство что-то возместит?

За 3 месяца службы Ване заплатили только 1,5 тыс грн. Между тем он единственный кормилец семьи. В Кривом Роге у него остались двое детей, жена и больная мама.

- Нам говорят: погодите, ребята, так вы ж добровольцы! Вам и зарплату платить не надо. И никто же не спрашивает: у вас, может, дома проблемы? Может, вам коммуналку закрыть? Помочь как-то?

Бойцы 25-й воздушно-десантной бригады под Краматорском 17 апреля 2014 г
Фото: Макс Левин
Бойцы 25-й воздушно-десантной бригады под Краматорском 17 апреля 2014 г

Так как военного положения в стране нет, мобилизовали на 10 дней – для учений, - рассказывает Ваня. Эти 10 дней превратились в 45 суток («ребята, подождите, наберем людей - вас поменяют»), а теперь когда демобилизуют - неизвестно. Ребята верят прогнозу командира батальона «Донбасс» Семена Семенченко о том, что война на востоке продлится как минимум год.

- По закону 45 дней прошло – можем уходить. А теперь давят на нас, мол, «вы ж дезертирами будете, мы ж вас посадим». Ребята, которые по 2-3 месяца уже сидят там, просят: «отпустите нас домой хотя бы на неделю!» А они боятся отпускать, потому что никто не вернется.

Те, кто принимают решения о мобилизации, не слишком заботятся о здоровье пострадавших в боях. До того как попасть сюда, в середине мая солдаты лежали в госпитале в Харькове. В эти дни в городе проводился «круглый стол» Национального единства - для участия в нем прибыли бывшие президенты, министры, армейская «верхушка». Никто из них не посетил госпиталь с ранеными.

- За все время после обстрела у нас только интересовались, забрали ли мы с собой всю броню. Чтоб не прое(…)ли, - выругавшись, грустно усмехается Виталик. - А состояние здоровья никого не интересует. У меня из-за контузии проблемы со слухом. Ночью в патруль, вдруг что-то услышу не то – не дай Бог, могу по своим начать стрелять.

«Анютины глазки»

Под Славянском ребята жили на блокпосту в землянках, как в 1943-м году. Ваня рассказывает, что когда приезжал Арсений Яценюк, позвали его в землянку. Премьер ужаснулся, схватился за голову, сказал: «Здесь не снимать» - и ушел.

- Мы ночью даже не спали - ложились и дремали с мыслью о том, проснемся ли утром. На тебе бронежилет, 4 боекомплекта, патронники, автомат снят с предохранителя. Лежишь и слушаешь, двигается что-то снаружи или нет. Четверо отдыхают, двое стоят на посту.

Что было организовано – так это ВВ-шники, бывший «Беркут» и «Кобра», спецподразделение ГАИ. Мы на блокпосту жили, а те приезжали: 12 часов подежурили, их поменяли. ВВ-шники дежурили сутки. И уезжали на сутки в Изюм - у них там база. Купались, стирались, брились, отдыхали. Так же и «Беркут».

С питанием в горячих точках тоже проблемы. Изредка местные жители подкармливали. В остальное время выбирать не приходилось, - говорит Виталик.

- Питались армейской килькой. Мы ее называем «анютины глазки» - одни рыбьи глаза и подобие томатной пасты. И галетов мешок прелых. И жуй.

Вспоминают «незлым тихим словом» и 8 тыс американских сухпайков, которые никто не видел (известно лишь, что 2 тыс штук получили бойцы «Альфы» СБУ - из 10 тыс «гуманитарки»), и 24 тысячи бронежилетов, которые армия якобы должна закупить на тендерной основе.

- Люди, волонтеры привозят нам бронежилеты. А государство ничем не помогает. Тендеры проводят, кто больший откат даст.

Мобилизованным солдатам выдавали бронежилеты 30-летней давности, рваные и ужасно тяжелые.

Фото: EPA/UPG

- Оружие дают. Но вот мой автомат был списан. На нем стояло три креста, его достали со склада, выдали – а он полностью ржавый. Я держал его в растворе сутки, он откисал. Кучности нет, стреляет непонятно куда – но хоть стреляет, это уже радует.

Автомат Ивана не числится даже в его военном билете.

Со стороны противника, свидетельствуют солдаты, есть всё: тепловизоры и приборы ночного видения, крупнокалиберные винтовки, которые стреляют на дальние расстояния, ПЗРК, «Иглы». Нашим войскам нечего противопоставить, кроме энтузиазма.

- Я «растяжки» с сигнальными ракетами по периметру блокпоста установил на ночь. С нами просто баловались: запалы повынимали, положили рядом. Ночью. Мол, мы их видим, они для нас ничего не значат. Я не знаю, какое надо иметь оборудование, чтобы видеть так хорошо и знать, где «растяжки» находятся.

Иван показывает фотографии на мобильном: вот он на блокпосту рядом с Яценюком, вот с министром обороны Ковалем, а вот и землянка, затопленная дождем – в ней плавает бревно.

- Это мое единственное доказательство, что - я участник АТО. Слухи уже ходят, что 95-я бригада не будет участником боевых действий, с 25-й тоже непонятно. У нас по документам - учения в Луганской области на границе.

Разведка, которой не было

Иван и Виталий прикрепили на шторы сине-желтый национальный флаг. Несмотря ни на что, патриотизм ребята не растеряли.

Фото: Макс Левин

- Не страна же виновата. Куча командиров, никто не может собраться, не знает, что делать, - говорит Виталик. Сосед с ним соглашается.

- Наши умные генералы рассказывают, как надо воевать. Да мы сами знаем, как надо, не мешайте. Там только одними «Альфой» и «Омегой» можно было сделать АТО в первый месяц или даже в первую неделю, пока еще не было столько войск этих, подтянутых из-за границы.

Альфовцы, даже раненые, в самом начале не хотели уходить с позиций. Им сказали, что они ничего не понимают в боевых действиях, надо слушать генералов в кабинетах - и отозвали оттуда, пришлось уйти.

По словам парней, генералов на блокпосты сопровождает охрана из 15-20 бойцов, с пулеметами, снайперами: «Если б нас так охраняли, то никто и не подумал бы нападать на колонну», - считает Виталик.

Он вспоминает день обстрела автоколонны – и не может понять, почему так случилось.

- Перед этим нам махали руками мирные жители, дети. Проехали 100 метров – нас расстреляли всех. Когда позабирали раненых, трупы и приехала «верхушка», оказалось, что нас там уже два дня ждали. Информацией владели, как нам сказали, 4 человека на тот момент. Мы даже не знали, куда ехали. Нашу колонну должна была встретить другая колонна, чтобы вместе продвигаться дальше. Сопровождение из двух БТРов в первую очередь уничтожили – как это делалось в Чечне, Афгане.

Элементарная разведка могла спасти ситуацию, соглашается Ваня.

- Пустить вперед два БТРа для разведки. Если начинают обстреливать – наша автоколонна просто с минометов и РПГ начинает ответный обстрел из посадки. И у пацанов в БТРе потерь было бы меньше. Мы их (противников – ред.) разгромили бы. Или даже если б мы первые поехаи, а БТРы остались, они бы отстрелялись. По-разному можно, но не всю колонну же! Хотя бы кто-то поехал вперед - территорию зачистить.

Сгоревший БТР украинской армии под Краматорском
Фото: EPA/UPG
Сгоревший БТР украинской армии под Краматорском

Виталик обращает внимание и на то, что солдаты ехали в центре колонны в закрытых тентом машинах – те же боевики перемещаются в открытых грузовиках.

- Когда начался обстрел, мы как котята в этой машине прыгали, от пуль уворачивались – ничего не видно было. Из 5 человек в моей машине 2 «трехсотых» (раненых – ред.), я контужен и один «двухсотый» (погибший – ред.). Уцелел только водитель. Просто в рубашке родился - вся кабина расстреляна. Вторая машина начала гореть – парни на ходу выпрыгивали. Малый выпрыгнул головой на дорогу, сейчас лежит в психиатрии. Там уже никто не думал о том, что ноги прострелены, «шуровали» в посадку как только могли. Снайпера так лупили с дальнего расстояния.

Мы хотя были раненые, все вместе вытянули этот миномет. Он почти 800 кг весит, мы его скинули с машины, привели к бою, приготовили мины, чтобы отстреливаться. Подкрепление приехало только через час. Первых раненых и трупы забрали около 14:30, остальных - около 17:00, и нас уже, крайних, только в 7 вечера «вертушкой».

Потом сообщили, что бой длился всего 1 час.

Без света и воды

В соседней палате Андрей, совсем молодой парень в тельняшке, с помощью соседа учится брать аккорды на гитаре.

- После контузии, говорят, надо отвлекаться, завести новое хобби. Вот гитару осваиваю.

Фото: Макс Левин

В сосновой роще за окном красиво и громко поют птицы. Под Славянском тоже пели, говорят ребята. Только под аккомпанемент автоматных очередей.

Андрей и Вадим, назовем их так – тоже десантники из 95-й бригады. Базировались около телевышки на горе Карачун. Спали в окопах. 19 мая в 4:30 утра из жилого квартала боевики нанесли удар из миномета.

- Они по горе выстрелили – и все. А где мина упадет, они сами не знают. Примерно навели по ориентиру, по вышке и ударили. Мина попала в соседний окоп. Там один человек был- погиб сразу, и была ячейка с минами. Ни одна не сдетонировала. А нас взрывной волной контузило.

Лечением нетрадиционными методами (пиявками, иглоукалованием, пчелами) довольны – говорят, при контузии помогает. О том, как было под Славянском, рассказывают с неохотой.

- Я даже маме не говорил, где служил. Она только после контузии узнала. Подумал, зачем говорить – чтоб она волновалась, что я где-то там.

Спрашиваю, чего больше всего не хватало в зоне АТО. Ребята удивляют признанием: воды.

- Из города (Славянска) отключили нам воду и свет. Мы нашли там 2 пожарных водоема - высушили.

Конечно, воду нам привозили - вертолетами, автомобилями. Тогда по пять литров каждому на два дня выдавали - и мыться, и пить. Что хотите, то и делайте. Это было до обстрела. Сейчас, наверное, и того не дают.
Фото: EPA/UPG

Андрею и Вадиму повезло хотя бы с бронежилетами. «Броню» с 4-м уровнем защиты им выдали еще когда они стояли в Доброполье, перед Славянском.

- Мы ехали с первой партией мобилизованных, нас нормально экипировали. Тем, кто ехал с последней партией, досталось все новое и некачественное, у них слабее бронежилеты.

Спрашиваю, сколько еще здесь и что будет дальше. Никто не знает. И вдруг Вадим произносит неожиданное: «Я хочу обратно». На вопрос, почему, отвечает коротко:

- Коллектив. Там все ребята остались.

Ни страховки, ни «корочки»

Около столовой встречаем Василия - у него тоже есть что сказать журналистам.

- Мне позвонили из страховой компании (Ингосстрах – ред.). Сказали, что дадут только 1% страховки – это 250 грн. Если швы рассосутся и шрамов не будет, то вообще ничего не дадут. Якобы потому что кости целы. А у меня осколочное ранения, пулевые. ВЛК (врачебно-летная комиссия) тоже начинает петлять.

Василий надеется, что диагноз, который ему выдали в госпитале, впоследствии не поменяют. С ним, как с доказательством, можно идти к страховщикам. Другие раненые возмущены тем, что вообще никто по поводу страховки не звонил. Так, будто и нет ее, хотя на службе все должны быть застрахованы – как и на предприятии.

- Неважно какое ранение, травма - если ты ее получил при таких обстоятельствах, от 50 тыс грн на человека единоразовая помощь, - утверждает один из солдат, который в Харькове общался с юристом. - Тут уже кто присутствует - от 75 до 300 тыс грн должно быть.

Парни сыплют рассказами о том, как проходила мобилизация, как покупали за свой счет бронежилеты, приборы ночного видения, рации и даже форму.

- У нас как родину защищать, так давайте. А как родина что-то нам – так ничего.

Сергею, которого дома ждет семья, возвращаться в зону АТО вовсе не хочется. Но он знает многих, кто едет туда по собственному желанию.

- В моем подразделении есть парень, Денис. У него трое детей и жена беременна четвертым. Живут не очень богато. Другой пацан из Закарпатья купил два бронежилета, подарил один Денису.

Я говорю ему: «Куда ты едешь, у тебя же семья?» Он говорит: «Серега, я хоть получу участника боевых действий, будет 25% газ-свет, и, может, дети поступят бесплатно». Я говорю: «Может, ты получишь статус, а может тебе оторвет две ноги, а в конце еще и голову, может быть. И все. И твоя семья никому не нужна будет». Все равно поехал.
Фото: EPA/UPG

В соответствии с недавно принятым законом №1233-VII участниками боевых действий считаются все силовики, которые принимали участие в АТО и защищали целостность Украины. Им полагаются, кроме прочего, повышенная пенсия, 75% компенсации услуг ЖКХ, бесплатный проезд в общественном транспорте, льготы на покупку жилья. Однако по документам местонахождение многих военнослужащих не соответствует реальности. Это выглядит в их глазах скорее фальсификацией, чем халатностью. Раненые убеждены: кто-то «наверху» всеми силами пытается уменьшить число участников АТО, чтобы избежать денежных выплат. Говорят, пока еще ни одна семья, потерявшая сына или мужа, не получила компенсации.

- А тот другой, который из Закарпатья - настоящий патриот, майдановец. Наколол на груди себе тризуб, с флагом украинским. Пришел в военкомат, сказал: «Хочу на боевую позицию». И потом, когда нас выводили, сказал: «Если меня возьмут в плен, если я дам слабину, то расстреляйте меня. Если вы попадете в плен – тогда я расстреляю вас». Но ведь это же не гестапо, тут попавший в плен - не изменник Родины. Над кем-то издеваются, а за кого, если повезет, могут попросить выкуп просто.

Сергей, который уже полтора года служит по контракту, сетует, что в зону АТО попадают добровольно записавшиеся в Нацгвардию люди с «гражданки», которых всего через 2 недели обучения бросают в бой. Они даже не знают, что такое строй, порядок, устав. Делают снимки на телефоны из серии «теперь я крутой, с автоматом», толком не понимая, куда они попали.

- Пишите, может, куда-то достучитесь с этим всем! – говорят ребята по пути на обед. Желаем им приятного аппетита и отправляемся в хирургию.

Рожденные в рубашке

В палате, украшенной детскими рисунками, лежит Алексей из той же 95-й бригады с огнестрельным ранением ноги. У соседа по палате Олега - осколочные ранения руки и головы. Парни также опасаются, что их участие в боевых действиях скоро невозможно будет доказать.

Фото: Макс Левин

- По телевизору видели, как хлопцам нашим сказали говорить, что они вообще находятся не тут (в зоне АТО – ред.), а в Широком Лане, на полигоне возле Николаева. А мы вообще вроде с ОРЗ здесь. Грипп, температура.

У Алексея все документы – военный билет, права - сгорели в машине после того, как в нее попали из миномета. Сам он выжил чудом - во время обстрела колонны, по словам сослуживцев, упал в воду. Не мог самостоятельно выбраться, и часа 3-4, пока ребята отстреливались, с простреленной ногой в двух местах, в броне просто «плавал и нырял под воду, потому что снайпер и по воде закрывал».

- Еще до обстрела Коваль приезжал – всех нас построили, собрали. Сказал, 95-я аэромобильная – лучшая! Все вам будет и «корочки» дадут. Наши блокпосты стояли, оборону держали - еще даже не было боевых действий. А сейчас делают наоборот. Парни забирают выписки в Харькове – оттуда куда-то пропадают пулевые ранения.

В нашей 95-й больше всего людей погибло. Каждой семье должны выплатить какую-то сумму. А они что? Никто не убит вроде, все живы-здоровы. Из пацана вынули 4 пули, а диагноз стоит - ангина.

В палату заходит Виталик – просит две пенки для бритья. Алексей поднимается с койки, сильно хромая, делает пару шагов и достает баллоны из одного из трех полных пакетов гипермаркета Metro под столом.

Волонтеры приносят раненым всё, что нужно. Навещают дети из местных школ и детсадов, дарят рисунки, танцуют. Психологи-волонтеры проводят групповые сеансы терапии. В пятницу даже обещают музыкантов. Человеческое отношение радует, особенно после того, как под Славянском, когда ребят обстреливали, местные ходили и спокойно снимали видео на мобилки. Только представители власти сюда не наведываются. Лишь раз был кто-то из военного начальства – парни даже не запомнили, кто. Сказал «спасибо» и ничего не спрашивал.

- Два дня нас ждали в засаде. Можно же было хоть как-то проверить и предупредить, - сердится Алексей.

Интересуемся, есть желание возвращаться на восток.

- Конечно, желание есть, только пока нет возможности, - отвечают ребята.

Алексей передвигается с помощью палочки – ему положена реабилитация дома не менее 3 недель. Олега после госпиталя, скорее всего, направят в Житомир, в военную часть.

Уходя, желаем ребятам скорее поправляться. Хочется верить, что с дезорганизацией в армии уже борются, и генералы учатся на своих ошибках. Однако настигает сообщение о новом нападении на колонну – военные перемещались по направлению из Изюма к Славянску. Очередные раненые уже добираются в госпиталь. Похоже, мы победим террористов не благодаря руководству АТО, а вопреки.

Фото: Макс Левин

Требуется помощь семье десантника Ивана Саенко. Иван мобилизован в армию еще в марте, до болезни служил под Славянском. Он единственный кормилец в семье, у него двое детей, жена не работает и болеет мама. Ивану также необходима операция стоимостью 25 тыс грн. Номер карточки Приватбанк жены: 5168757253072856, Саенко Оксана Сергеевна.

Для помощи Романченко Руслану, солдат-срочнику, призванному в армию осенью прошлого года, раненому в ходе АТО. В бою под Амвросиевкой у Руслана раздроблена пулей кость правого предплечья. Карта для помощи Приватбанк 5168755372807889.

Для помощи Юрию Бебекину. Юрий служит в 25-й бригаде ВДВ, у него рваная рана левой кисти, от взрыва гранаты в бою под Краматорском. Бебекина Вера Федоровна, Приватбанк 5168755313749802.

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Автор
(0 оценок)
Актуальность
(0 оценок)
Изложение
(0 оценок)
9227 просмотров в сентябре
Я рекомендую
Пока никто не рекомендует

Комментарии

Комментарии предназначены для общения, обсуждения и выяснения интересующих вопросов

Происшествия
Мониторинговая миссия Организации Объединенных Наций по правам человека в Украине заявляет, что с 16 мая по 15 августа в ходе боевых действий на Донбассе погибли 12 гражданских лиц и еще 93 были ранены. Об этом сегодня на брифинге сообщила глава миссии Фиона Фрейзер, сообщает Lb.ua. Наибольшее количество пострадавших зафиксировано в конце мая и в июне. Около 40% фактов травмирования гражданских лиц произошли из-за неосторожного обращения граждан с найденны...
Происшествия
В Славянске во время движения загорелся автомобиль. Об этом сеголня, 19 сентября, сообщает пресс-служба ГСЧС. "18 сентября в 12:23 на телефон Службы спасения «101» поступило сообщение о пожаре в легковом автомобиле. Транспортное средство загорелся во время движения по ул. Героев Крут в г.Славянск Донецкой области", - говорится в сообщении ГСЧС.Бойцы 6-го Государственного пожарно-спасательного отряда, которые за считанные минуты прибыли на место происшестви...
Общество
Фонд Рината Ахметова 18 сентября презентовал в Мариуполе уникальную фотокнигу «Донбасс и Мирные». «Донбасс и Мирные» – это 11 историй Мирных жителей Краматорска, Бахмута, Авдеевки, Красногоровки, Песок и других населенных пунктов, оказавшихся в эпицентре войны на Донбассе. Герои историй – старики и дети, жизнь которых военные действия разделили на До и После. Презентация фотокниги прошла в формате публичных чтений. Со сцены истории Мирных были не просто пр...
Бизнес
С начала 2018 года обеспечивается рост машиностроительного производства Донецкой области. В январе–июле по сравнению с январем–июлем 2017 года прирост составил 9,0% (здесь и ниже информация приведена без учета части временно оккупированной территории). При этом положительная динамика наблюдается второй год подряд (в 2017 году по сравнению с предыдущим годом выпуск продукции машиностроения увеличился на 8,4%). Сообщает Главное управление статистики в Донецк...
Происшествия
ЧП случилось в  городе Алексеево-Дружковка. Об этом сообщает пресс-служба ГСЧС. "18 сентября в 21:40 диспетчер Службы спасения «101» получил сообщение о несчастном случае, который произошел в одном из частных домов на ул. М. Янко в г.Алексеево-Дружковка Донецкой области. В результате взрыва неизвестного взрывоопасного предмета погиб 37-летний мужчина", - говорится в сообщении.Обстоятельства происшествия устанавливаются.От Главного управления силы и средст...
Общество
Документы об украинской принадлежности ракеты, сбившей «Боинг» MH17, вызывают еще больше вопросов к Минобороны РФ Об этом пишет журналист "Новой газеты" Павел Каныгин, пишет "Гордон". Как минимум один из документов, которые представили на брифинге 17 сентября представители министерства обороны России в подтверждение версии о принадлежности Украине ракеты "Бук", сбившей пассажирский самолет на Донбассе, может быть сфальсифицирован. Он обратил внимание на то...
Новости компаний
Последние экземпляры книги ""Мариуполь. Последний форпост". Переиздания не будет. Поспешите купить честную книгу о событиях 2014-2015 годов в Мариуполе и Приазовье. "Мариуполь. Последний форпост"  - читают в Праге и Вене, Берлине и Тбилиси, Луцке и Тернополе, Киеве и Львове,  Донецке и Краматорске. Книга говорит голосом тех, кто видел, слышал и сам был участником страшных и трагических событий 2014 - 2015 годов в Мариуполе. В ней нет оценочных суждений - т...
Политика
Указ президента Украины Петра Порошенко о решении Совета национальной безопасности и обороны от 6 сентября 2018 года «О Договоре о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Украиной и Российской Федерацией» опубликован в среду в «Урядовом курьере». Согласно соответствующему указу, подписанному главой государства 17 сентября, он вступает в силу сегодня, в день его опубликования, пишет "Капитал". Как сообщалось, 6 сентября 2018 года СНБО Украины поддержал и...
Общество
Во время рабочего визита в Украину британская делегация во главе с госсекретарем по вопросам обороны Великобритании Гэвином Уильямсоном в сопровождении заместителя министра обороны Украины по вопросам европейской интеграции генерал-лейтенанта Анатолия Петренко побывала в районе проведения операции Объединенных сил. Об этом сообщает командование Операции объединенных сил. Свою работу в Донбассе высокие зарубежные гости начали в Краматорске со встречи с кома...