Медаль святого благоверного князя Даниила Московского. Медаль учреждена определением Святейшего Патриарха Пимена и Священного Синода от 28 декабря 1988 года, в ознаменование 1000-летия Крещения Руси. Медалью святого благоверного князя Даниила Московского награждаются как духовные, так и светские лица, внесшие вклад в духовное возрождение общества.

Медаль имеет одну степень, при награждении вручается медаль и грамота. Медаль носится на левой стороне груди ниже церковных орденов. Медаль имеет форму диска, в центре которого расположено рельефное поясное изображение Святого. По низу диска пущены рельефные лавровые ветви, соединенные внизу широкой лентой с крестом. По верхней части медали размещена надпись на церковнославянском языке: «СВ. БЛАГОВ. КН. ДАНIИЛЪ МОСКОВСКИЙ» («Святой благоверный князь Даниил Московский«) На оборотной стороне медали размещается надпись на церковнославянском языке: «ЗА ТРУДЫ ВО СЛАВУ СВЯТОЙ ЦЕРКВИ«. Над надписью помещен восьмиконечный крест, а внизу — малый четырехконечный. Официальный сайт русской православной церкви.

Медаль при помощи ушка и кольца соединяется с колодкой, которая представляет собой трапецию, покрытую зеленой эмалью, заключенную в пятиугольник золотистого цвета. Мельхиор с позолотой, штамповка, холодная эмаль. Православие хочет быть полным откровением христианства, чтобы последнее выражалось в нем адекватно и значит — правильно.

В этом смысле православие есть «правое исповедание» — ορθο-δοξία — потому, что воспроизводит в себе весь разумеемый объект, само видит и другим показывает его в "правильном мнении" по всему предметному богатству и со всеми особенностями. По своему внутреннему упованию православие мыслит себя христианством в его изначальной полноте и неповрежденной целостности. Оно принципиально разграничивается от других христианских исповеданий не как истина от заблуждений, а, собственно, в качестве целого по сравнению с частями.

Последние уже выделяются из него и для оправдания и обеспечения своей автономии вынуждаются настаивать на прямом обособлении с резким оттенением своих отличительных свойств и такой несродности, которая исключает смешение и передачу. По самой своей целостности православие не чувствует к сему внутренней надобности, ибо носит в себе все части и не имеет ни нужды, ни желания дифференцироваться от них.