Такой разный Донецк: одни голодают и ждут Путина, другие помогают старикам и ждут, когда в город вернется Украина

Общение журналистов с обычными жителями Донецка, Углегорска и Дебальцево в очередной раз показало поляризацию мнений людей, по которым военным катком прошла российская пропаганда.

Об этом репортаж из Донецка Леси Ганжи, специально для УП.

"Кто стреляет? Так все ж и так понятно. Вот, смотрите, все просто: это из города прилетело – защитники попали. А это с Марьинки и Красногоровки летит – значит, от освободителей", – шутит таксист.

В Донецке вообще много шутят. Например, друзья мягко намекают, что надо бы перевести часы – в "ДНР" время московское. "Скажи мне, который час, и я скажу, кто ты", – приговаривают они для убедительности. Еще одну шутку ребята выдают после похода по магазинам: мол, "ДНР" – народная республика с антинародными ценами.

Так здесь шутят о блокадной реальности – цены в городе высокие, машины с товаром из Украины проезжают с трудом. Частные предприниматели на рынке жалуются на поборы с украинской стороны. Называют и цены: одна тысяча гривен за тонну груза, 25 тысяч – за машину...

Но все на словах – доказательств этому никаких нет.

8 месяцев в подвале. Донецк-Петровка

Донецк идеально чист и пуст: как сбывшийся сон жителя мегаполиса – ни очередей, ни пробок.

Мы едем по улице Куйбышева в сторону Петровки. Ближе к центру еще попадаются целые дома, на самой Петровке практически все фасады в дырочку.

В доме №233 нас встречает Татьяна Федоровна. Ее лежанка стоит прямо у двери в подъезд – Татьяне Федоровне тяжело ходить после ранения. Но нас она охотно приглашает в подвал – 2 апреля будет 8 месяцев, как она живет здесь со своей семьей – мужем, сыном, дочкой и внуком. Внука зовут Ванечка, ему 3,5 года.

Татьяна Федоровна и ее семья живут в бомбоубежище уже восемь месяцев

– Это у нас гостиная, тут комната отдыха – придут люди с работы, отдыхают.

Всего здесь постоянно проживает 26 человек, шестеро из которых дети.

– А это на стенах у нас художники молодые рисуют... Новый год мы тут хорошо отмечали – семейно, стол разобрали, все на стол у кого есть что вкусное, консервы, хлеб, печенье, шоколад...

В подвале хороший кафельный пол. А при входе – там, где лежанка Татьяны Федоровны – маленькая кухонька с электроплитками и туалет. Здесь раньше был цех по производству фиточая.

– Хозяин разрешил нам здесь жить. Он хороший человек, – говорит Татьяна Федоровна.

Квартира Татьяны Федоровны в этом же доме на третьем этаже, но там гораздо холоднее, чем в подвале. Окна частично забиты картонками, частично завешены покрывалами. Обои отклеились от сырости. Цветы замерзли. Батареи лопнули.

Две недели назад дом перекрыли новой кровлей, дали свет и дали воду. Но стеклить окна никто не торопится: несмотря на то, что уже неделю не стреляют – в то, что все закончилось, пока не верят.

– Поначалу мы без выстрелов даже уснуть не могли – ждем и ждем, когда уже начнут... Раз стрелять начали – можно ложиться, – смеется Татьяна Федоровна.

– Тут, когда стреляют, весь подвал трясется, каждая железка, – говорит Наташа.

Наташа из соседнего дома. Татьяна Федоровна училась с Наташиной мамой в одной школе. "Я в А классе, а она в Б", – объясняет женщина. У Наташи двое мальчиков – 9 и 10 лет. Скоро родится еще один ребенок. Поэтому Наташа просит, чтобы ее не фотографировали – плохая примета.

– Миномет – он свистит и такое шуршание, гаубица мощней бьет, – вспоминает Наташа артиллерийские обстрелы.

– "Град" неслышно летит, зато слышно, как приземляется, – подключается Татьяна Федоровна, – а танк, тот по-своему...

Экспертом по видам вооружения, по мнению женщин, является маленький Ванечка – тот легко отличает миномет от "Града" или "Смерча".

– В основном, у нас миномет был, – подытоживает Наташа тему обстрелов.

Наташины дети – школьники. Учебный год у них начался 15 октября и закончился через 2 недели.

– Учителя нас собрали и сказали, что никто не собирается рисковать детскими жизнями, да и сами они едут из разных районов...

С 15 февраля мальчики снова пошли в школу. Наташа показывает нам черепаху по кличке Тарик. Когда Тарика гладят по шейке, он смешно запрокидывает голову. А еще Тарик ест все то же самое, что и люди – хоть хлеб, хоть молочную кашу, хоть консервы.

Наташа хочет третьего мальчика. Она говорит, что бантики и юбочки – не для нее. Ей с мальчишками проще. Муж Наташи, отец ее третьего ребенка, подрабатывает грузчиком в магазине. Сам он из Мариуполя, хотя уже пять лет живет в Донецке.

 Всего в этом бомбоубежище постоянно проживает 26 человек, шестеро из которых дети

– Ему страшно здесь ходить – считается же, что он укроп, – делится со мной Наташа своими ежедневными тяжкими переживаниями.

С деньгами здесь совсем туго. Татьяна Федоровна последний раз получила украинскую пенсию в августе. А от "ДНР", как и все донецкие пенсионеры, только однажды получила 1 тысячу гривен, в декабре. Проработала она всю жизнь – сначала на шахте, потом в котельной.

– У меня даже полтора года подземного стажа, – Татьяна Федоровна с гордостью вспоминает, как спускалась на 415-й горизонт и ниже.

Наташа "детские" деньги от Украины последний раз получила в октябре. В ноябре ей дали 500 гривен от "ДНР".

– Сейчас много мамочек возвращается – так сказали, что сначала эти получат помощь, а потом и нам по второму разу дадут, – объясняет она порядок выплат.

И тут же срывается:

– Да ну их, эти деньги! Лишь бы мир был, чтобы нормально на улицу выйти… И домой. Так уже хочется домой, в родные стены. Пришла сегодня к себе в квартиру, села на диванчик, а он сырой-сырой... – думает вслух Наташа.

Дом, в подвале которого семьи Наташи и Татьяны Федоровны пережили страшную зиму, был построен мамой Татьяны Федоровны, в молодости строителем. Сейчас ей 86 лет, живет в Запорожской области. Татьяна Федоровна хотела бы к ней поехать – но, во-первых, у нее нет пропуска в Украину, во-вторых, нет денег, а в третьих, после ранения болит нога и тяжело ходить.

Так уже хочется домой, в родные стены, – думает вслух Наташа

Пропусков нет не только у Татьяны Федоровны, но и у Наташи, и у Наташиного мужа. В Украину они не ездят.

– Хотя у меня родственники там есть – и в Угледаре, и в Украинске, и в Красноармейске... А чего ездить? Мы по телефону с ними разговариваем.

Вопрос, который в Киеве задают многие – зачем жить в подвале, почему было не уехать из города, – здесь воспринимают, как странный.

– А куда уезжать? Я побираться не поеду. У меня родители здесь родились, я здесь родилась и на Брикетной выросла, – Наташа показывает в сторону соседней улицы, – дети мои здесь родились. Понимаете, тут все коренные собрались... Тут знакомиться ни с кем не надо – меня тут вся улица по фамилии знает. И я всех знаю. Где родился, там и пригодился. Моя сестра 13 лет в Израиле живет, а толку? Что у нее война, что у меня. Видно, судьба…

На первом этаже дома красивые арочные окна – здесь когда-то был "Детский мир".

– Мне здесь в детстве папа босоножки покупал, – говорит Наташа.– Красивые...

Выбитые окна бывшего "Детского мира" заставлены коробками.

– Подождите! – кричит нам вслед Татьяна Федоровна. Она спешит показать нам щенка – сына белой дворовой собачки. Щенка навали Доллар, и он растет не по дням, а по часам, что совсем не удивительно: с таким-то именем...

– Вы им скажите, что мы не сепаратисты, мы мирные люди, пусть они больше не стреляют. Вы скажете?..

Еще хуже. Дебальцево-Углегорск

Несмотря на то, что "молодая республика" провозглашена мультивалютной зоной, в Дебальцево своя валюта – социальная карта. Ее получают те, кто работает на предприятиях либо как волонтер отработал на нужды города.

Стандартный месячный набор по социальной карте: килограмм риса, килограмм сахара, полкило гречки, пачка макарон, бутылка подсолнечного масла, 2 банки тушенки, 2 банки скумбрии, чай черный байховый 50 грамм.

Целых домов в Дебальцево немного. Во дворах – захваченная украинская тяжелая техника. В бывшем АТБ – огромная очередь за наборами.

– А разве у вас нет социальной карты? – спрашиваю у женщины. Ольга работает на железной дороге, сигналистом. Социальная карта дает возможность получать наборы без очереди.

Ольга и ее дочь Наташа

– Есть, – отвечает Ольга. – Да что ж я вперед бабок полезу?

Ольга пришла за пайком вместе с дочерью, Наташей. Весь январь и февраль Оля с Наташей просидели в подвале. "В карты играли", – смеется Наташа и прижимается к маме. Они пытались выезжать из города – уехали в Мироновку, но потом война пришла и туда.

– И какая нам была разница, где под обстрелами сидеть? – объясняет Ольга. Так они вернулись в Дебальцево. В этом году Наташа ходила в школу один день – 16 января. После этого в Дебальцево стало не до учебы. Но скоро школу откроют. Так обещали.

Ольга говорит, что сейчас в городе стало лучше. Потому что порядка больше. Потому что украинская армия "пьяная ходила каждый божий день". И потому что сейчас у нее больше уверенности в завтрашнем дне. Еще они слышали про "изнасилованных украинскими солдатами девушек". Об этом много рассказывают, но никто не может сообщить ни малейших подробностей.

– У меня в Дебальцево было три квартиры, – говорит Женя, – и все три укропы разбомбили.

Жене десять лет. Он рассуждает так: укропы узнали, что у него отец служит в ополчении, вот поэтому и пустили бомбы в те дома, где они жили.

Женя никуда не выезжал из Дебальцева. Вместе с мамой они всю зиму провели в подвале. Сейчас их приютил одноклассник отца. Женя мне показывает Дебальцево: вот кафе, сюда прилетела бомба, а вот видишь, как отлетели ворота от гаража, а здесь подвал…

– Я только не помню, кто здесь прятался – то ли люди, то ли укропы, – говорит Женя. Он вообще серьезный парень.

А еще он мне показывает "штаб" – место, где они играют с друзьями. Три мальчика, переживших обстрелы Дебальцева, играют пластмассовыми пистолетами и детским биноклем.

 В Углегорске разрушенных домов очень много

Дом Игоря выжил единственный на всю улицу. "Даже не знаю, как так получилось", – говорит Игорь.

Он тоже работает на железной дороге, и не за деньги, а за социальную карту. Но пока ее не получил:

– Пусть сначала получают те, кто больше пострадал. А у меня ведь осталась крыша над головой, я потерплю. Мы работать будем. Вопросов нет. Это же железная дорога, понимаете? Она потому и железная! – объясняет он.

У Игоря крепкое хозяйство, хороший дом, он помогает соседу снять разбитые вдрызг стеклопакеты…

– Я вот, что думаю, – рассуждает Игорь. – Это Украина нас покарала за то, что мы на референдум ходили. Но может, уже хватит нас карать? Может, мы уже понесли?

 

Я аккуратно замечаю, что по Дебальцево стреляла как раз не Украина – украинская армия была тут и не могла сама себя обстреливать.

– Это ясно, – говорит Игорь, – но вот если мы так Украине не угодны, то, может, разойдемся и попытаемся жить каждый своей республикой?

А почему вы Украине неугодны, интересуюсь. Игорь возмущается: да как же так, почему. Пенсии у стариков отобрала, колючей проволокой отгородилась, пропуск получить невозможно – сам он уже больше двух месяцев ждет. А главное: продукты не дает завозить.

– Вы же видите, что у нас тут. Как же здесь без продуктов? Только не думайте: я не жалуюсь. Что мне жаловаться – у меня крыша над головой есть… Я везучий.

Игорь считает, что "ДНР" и Украине надо дружить. Я долго пытаюсь выспросить, как он представляет себе этот "союз". Но представляет он его туманно. Главное, чтобы не было Порошенко и Яценюка, считает Игорь.

– А кто? – спрашиваю я.

– А может, Бойко? – подсказывает Игорю жена Наташа, красивая женщина. – Он тоже наш, с Донбасса.

– Это тот, что 1,5 миллиона на нефтяной платформе срубил? – не выдерживаю я.

И мы все смеемся. И я, и Наташа, и Игорь.

– Выслушайте меня! – мы остановились в Углегорске на пять минут, поговорить с людьми в очереди за гуманитаркой и послушать про "зверства укропов", о которых все знают, но никто не видел. В Углегорске хлеб выдают без денег, по паспорту. Полбуханки на день.

Эта женщина почти залазит к нам в машину. У нее пропал сын. Недавно. "После освобождения", – уточняет она.

Он пошел к соседям – помочь слить воду из батареи. Когда шел – упал в канаву, поэтому ему дали переодеть чужие брюки, а паспорт остался в его штанах. Паспорт женщине вернули, а вот сын домой так и не пришел.

– Мне незачем жить без него, он у меня единственный…Он на гитаре играет, на концерте выступал. Может, они подумали, что он шатается от того, что пьяный, и забрали его? А он не пьяный, он контуженый, – рыдает Светлана Евгеньевна.

 Светлана Евгеньевна из Углегорска показывает фото своего пропавшего сына, 1988 года рождения

Я пытаюсь ей дать телефоны Дарьи Морозовой, омбудсмена "ДНР", но она отказывается:

– Была я там. Никто о нем ничего не знает. Я везде была…

Когда она уходит, водитель Жора сочувственно пожимает плечами:

– Могли с укропом перепутать...

И делает погромче музыку: "Ты так красива… Моя Россия…"

Относительно лучше. Донецк-Центр

Элеоноре Азаровне 83 года, из них она 35 лет проработала инженером на рудоремонтном заводе. Сейчас живет в относительно спокойном районе Донецка. Я прихожу к ней домой вместе с ребятами из Гуманитарного штаба Ахметова.

– Я ем мало, – говорит Элеонора Азаровна, – у меня поджелудочная больна. Поэтому мне ахметовской помощи хватает на весь месяц. Сегодня на завтрак я съела три ложечки овсянки и бурячок. Я бурячок люблю.

Бурячок и хлеб – это все, что она покупает. Бурячок стал дорогой – 14 гривен. Хлеб – 8 гривен. И бывает, попадется вкусный хлеб, а бывает как тырса.

– Аж обидно, что деньги выкинула, – жалуется женщина.

Вся радость, по ее словам, это телевизор.

– Я люблю политику. Программу Владимира Соловьева люблю. Вот у него был Евгений Карасев, украинский политолог. И представляете, говорит, что малазийский самолет сбила Россия. Ну что же можно по этому поводу сказать? Одно возмущение. Раньше я еще думала, что он умный человек, но теперь я в нем разочаровалась. Ну как же так, "Россия сбила" – оно ей нужно? А Украине надо все развязать, замешать, чтобы ей давали помощь...

Элеонора Азаровна ничего не боится: ни голода, ни холода, ни бомбежек.

– Может, потому что я пережила много... Когда немцы наступали, мы пешком со Смоленска шли с мамой в Москву – такого натерпелись... Поэтому я спокойно ко всему отношусь. В нашем районе мало стреляли, но два раза очень сильно. Я свет выключила, села здесь на диванчик, оделась и думаю: чуть что – главное, успеть выскочить в коридор...

Техника на улицах Дебальцево

Окна у Элеоноры Азаровны заклеены крестами – чтобы не выбило взрывной волной.

Татьяне, в отличие от Элеоноры Азаровны, пакета помощи от Ахметова на месяц не хватает.

– Потому что у нас получает один муж, а в семье 4 человека – он да я, дочка и внук.

Ахметовская помощь, на которой в Донецке живут многие, выдается не всем, а, как говорят в самом штабе, "по категориям". Таких категорий десять: старики 60+, дети, матери-одиночки… Андрей Санин, руководитель штаба, гордится, что лично инициировал дополнение – категорию "беременные".

Но из семьи Татьяны только больной муж попадает "под категорию", как здесь говорят. Он и кормит всю семью. Из-за него Татьяна и не уехала из города.

Сама Таня была начальником почтового отделения, но "Укрпочта" перестала работать в июле. Некоторое время им еще даже пытались по чуть-чуть платить, по 25%, как говорит Таня, а в декабре закрыли. Теперь есть "Почта Донбасса", но это всего 26 отделений – Татьяне работы не нашлось.

Таня говорит, что раньше в ахметовской помощи были рис, гречка, чай, а сейчас всего этого нет... Дают три пачки овсяных хлопьев, а их не все любят. Масло расходится мгновенно, а сильно не накупишься.

 На улицах в Дебальцево пусто

– Зато мы такими хозяйками с дочкой стали – печем все подряд. Тортики делаем...

Я прошу Таню поделиться рецептом. Она смеется и рассказывает: три ложки варенья, стакан чайной заварки, сода, сахар и мука "сколько возьмет".

– Хоть и без яиц, а поднимается хорошо. И вкусный. Будто пряник, – говорит она.

А про политику не хочет говорить.

– Какой смысл? Если нас тут и так бросили…

– Кто вас бросил?

Таня не отвечает. И больше не улыбается. Просто молчит.

– Ты, когда будешь писать, напишешь ведь про бабушек, которые голодают и Путина ждут? А я хочу, чтобы ты написала и про нас, – просит меня Лена.

Лене 35 лет. Они с мужем никуда не уехали – ребенка вывезли в Доброполье, к родителям. Это близко, но на украинской территории.

– Мы уезжали в августе, когда попросили – мол, не мешайте армии… Мы не мешали. Дочка там пошла в школу, а мы ждали-ждали – никто город не освобождает, пришлось вернуться – без работы долго не протянешь.

Ленин муж два раза сидел "на подвале" по доносу. Оба раза выпускали. Дочка без родителей скучает. В свободное от работы время супружеская пара умудряется помогать другим. Например, они на своей машине вывозят из города старушек на украинскую территорию.

– Они досидели до последнего, ни у кого пропусков нет, родственники просят: "Привезите", мы и везем, – рассказывает Лена, на что они с мужем тратят остатки денег, сил и свободного времени.

Я хотела увидеться с ней перед отъездом, но не получилось – Лена заболела и уехала лечиться в Доброполье.

– Там же лекарства есть, – объяснила она свой отъезд.

В Донецке аптеки работают, но ассортимент крайне скуден, да и дороже все в разы, из-за блокады.

Лена вылечится в Доброполье и вернется в свой город, где снова будет работать, в свободное время вывозить бабушек, во время обстрелов слушать, как соседские дети бегут прятаться в ванну. И постоянно ждать.

Ждать, когда в ее город вернется родина.

Донецк люди война
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции
Оцените первым
(0 оценок)
Пока еще никто не оценил
Пока никто не рекомендует
Авторизируйтесь ,
чтобы оценить и порекомендовать

Комментарии

Спорт
Генеральный директор "Шахтера" Сергей Палкин – о выходе команды в 1/4 финала Лиги Европы и предстоящей встрече с «Базелем». Сообщает пресс-служба донецкого клуба. – Прежде всего хочу поздравить президента клуба, тренерский штаб, футболистов, а главное – болельщиков с выходом «Шахтера» в 1/4 финала Лиги Европы. Это матч исторический, ведь мы никогда ранее на своем поле не обыгрывали немецкие команды со счетом 3:0! Для нас это особенное событие. Если говорит...
Политика
Советник президента по экономическим вопросам Олег Устенко заявил, что для восстановления оккупированной Россией части Донбасса нужно около 10 миллиардов долларов. Об этом он заявил в эфире "Радио Свобода". "Предварительная оценка – это около 10 миллиардов долл, которые потребуются для восстановления неподконтрольной территории. Речь идет о 5-7% нашего ВВП", — сказал он. Также Устенко считает, что необходимо создать фонд, в том числе и на деньги доноров, д...
Общество
За пятницу, 7 августа, в Донецкой области обнаружили еще семнадцать новых больных коронавирусной болезни, в том числе болезнь диагностировали у четырех детей. Об этом сообщает глава Донецкой ОВГА Павел Кириленко на своей странице в Фейсбук. В частности заболели: - 7 в Мариуполе (мужчины 43, 60 и 61 года, 5-летняя девочка, женщины 30 39 и 48 лет);- 4 в Славянске (мальчики 2, 12 и 16 лет, женщина 39 лет);- 2 в Лиманской ОТГ (мужчины 33 и 45 лет)- по 1 в Угле...
Общество
В Украине зафиксировано 1489 новых случаев коронавирусной болезни COVID-19 - это антирекорд по количеству новых больных в сутки.Как сообщает Министерство охраны здоровья 8 августа (по состоянию на 9:00) в Украине 79750 лабораторно подтвержденных случаев COVID-19, из них 1879 летальных, 43655 пациентов выздоровели. За сутки зафиксировано 1489 новых случаев. Всего проведено 1154378 тестирования методом ПЦР. Всего за сутки выписаны 600 пациентов.Сейчас корона...
Общество
При пересечении КПВВ на Донбассе установка приложения «Действуй дома» остается головной болью для сотен людей.Об этом cообщили в Благотворительном фонде "Право на захист", которые рассказали, как работали на открытых вчера, 7 августа, КПВВ на Донбассе. "Сегодня работа наших коллег-мониторов на КПВВ началась с неприятных новостей о том, что приложение, без установки и активации которого невозможно пересечение КПВВ ... не работает. По словам людей, из-за тех...
Происшествия
За сутки, 7 августа на участках ответственности наших подразделений было зафиксировано 3 факта нарушения режима прекращения огня со стороны вооруженных формирований Российской Федерации.В частности, враждебные неприцельные выстрелы из стрелкового оружия раздавались у Новолуганского. Еще по одному разу противник выстрелил из подствольного гранатомета неподалеку Шумел, а с автоматического станкового гранатомета - вблизи Травневого. Поскольку выстрелы были пр...
Власть
Сегодня, 7 августа, президент Владимир Зеленский посетил прифронтовой город Марьинку в Донецкой области. Об этом сообщает глава Донецкой ОВГА Павел Кириленко. «Глава государства пообщался с жителями Марьинки. Они рассказали ему, что при отсутствии боевых действий в город возвращаются люди с детьми, многие начинают ремонтировать жилье. Жители Марьинки также рассказали президенту о проблемах с газо- и водоснабжением. Со своей стороны отмечу, что с наступлени...
Бизнес
К закрытию межбанка американский доллар в покупке подешевел на 8 копеек, а в продаже на 9 копеек. Евро в покупке скинул 26 копеек, в продаже — 27 копеек, сообщает Минфин. Валюта Открытие 7 августа Закрытие 7 августа Изменения доллар 27,68/27,71 27,60/27,62 8/9 евро 32,75/32,78 32,49/32,51 26/27 рубль 0,3759/0,3767 0,3743/0,3747 0,0016/0,002 Открылись торги по доллару в диапазоне 27,6800-27,7100 грн/$, торги по евро открылись в диапазоне 32,7509-32,7864 грн...
Криминал
Офис генпрокурора зарегистрировал уголовные производства по фактам участия более 100 иностранных граждан в составе незаконных вооруженных формирований (НВФ) РФ в вооруженном конфликте против Украины. "Прокурорами Департамента надзора в отношении преступлений, совершенных в условиях вооруженного конфликта, Офиса Генерального прокурора начаты уголовные производства по фактам участия наемников в вооруженном конфликте, умышленных действий, совершенных с целью...